История деятельности и роль профессора Н.Л. Володося в развитии отечественной и мировой сердечно-сосудистой хирургии

25.05.2020

Продолжение. Начало в № 3, 2019 г.

Экспериментальная часть

После того как были созданы первые прототипы сосудистого эндопротеза, его фиксирующего элемента, транс­портной сис­темы, перед профессором Н.Л. Володосем встала новая проблема – ​было необходимо получить официальное разрешение на применение новых устройств в клинике. Поскольку на то время ни подобных устройства, ни самого метода не существовало во всем мире, то и не было никаких протоколов по оценке их пригодности либо непригодности для клинического применения. На это было указано при обращении Н.Л.  Воло­дося в соответствующие структуры и рекомендовано самим изобретателям разработать необходимые тесты. С одной стороны, было необходимо адаптировать некоторые общепринятые на то время методики к специфическим требованиям для нового устройства, с другой стороны – ​разработать новые. Иными словами, группа, возглавляемая профессором Н.Л. Володосем, помимо разработки новых устройств и методик их ­клинического применения разрабатывала еще и новые стандарты по оценке эффективности и безопасности таких устройств.

Проводимые коллективом, возглавляемым Н.Л. Володосем, экспериментальные работы можно разделить на несколько типов:

  • эксперименты на животных;
  • отработка техники операции на патологоанатомическом материале;
  • эксперименты на специально созданных физических моделях.

В 1980-х годах эксперименты на животных широко использовались во всем мире и стандартно входили в комплекс исследований при разработке новых лекарственных препаратов, медицинских устройств и пр. Эти обстоятельства позволяли провести специфические тесты новых эндоваскулярных протезов и представить их результаты в наиболее приемлемом для формального признания виде.

При ХНИИОНХ существовал виварий, где сотрудниками многих отделений ­выполнялись различные экспериментальные работы. Эксперименты на животных позволили формально подтвердить биосовместимость новых устройств, а также продемонстрировать стабильность фиксации эндопротеза в аорте. Гистологические исследования проводились в лаборатории патоморфологии и экспериментальной хирургии ХНИИОНХ, которой руководила доктор медицинских наук Л.С. Гончарова. Методика и результаты экспериментов описаны в диссертации профессора Н.Л.  Воло­дося «Реконструктивная хирургия острых тромбозов аорты и магистральных артерий конечностей» на соискание ученой степени доктора медицинских наук (1987 г.). В осуществлении экспериментов Николаю Леонтьевичу помогали сотрудники возглавляемого им отделения Иван Павлович Карпович, Владимир Иванович Троян и Сергей Николаевич Володось, на тот момент бывший студентом Харьковского медицинского института (фото 18).

Под общим наркозом сосудистый эндо­протез через бедренный доступ дистанционно устанавливался в инфраренальном отделе аорты либо в подвздошной артерии (у двух животных). В течение 6 месяцев ежемесячно выполнялись контрольные рентгенограммы, а в конце эксперимента – ​ангио­граммы. Во всех случаях наблюдалась стабильная позиция эндопротеза, без его сдвига относительно первоначального уровня установки (фото 19). Проходимость протеза для потока крови также сохранялась во всех случаях.

По завершении 6 месяцев протезы иссекались (фото 20, слева) и проводилось их макро- и микроскопическое исследование. В целом, отмечались типичные для данного вида сосудистого протеза изменения, а фиксирующий элемент был покрыт слоем неоинтимы без признаков воспаления (фото 20, справа).

В случае с группой, возглавляемой профессором Н.Л. Володосем, работа на пато­логоанатомическом материале сыграла очень важную роль в решении многих вопросов, связанных с разработкой как отдельных элементов эндоваскулярных устройств, так и самого метода в целом. Можно даже утверждать, что применительно к методу стент-графтинга некоторые методики разработки и тестирования новых устройств, исходно практикуемые харьковской группой, становятся своеобраз­ным стандартом для мировой индустрии. По некоторым субъективным и объективным обстоятельствам, включая в том числе и законодательные ограничения, другие разработчики стент-графтов в начале развития метода не включали в схему тестирования своих устройств работу с патологоанатомическим материалом, а предпочитали использовать различные искусственно созданные модели сосудис­того русла человека. Первые такие модели были крайне примитивными, и в большей мере ориентированными на то, чтобы под­черкнуть достоинства разрабатываемого устройства, а не выявлять его недостатки. Это приводило к тому, что успешно протестированные на них эндоваскулярные устройства оказывались непригодными для последующего клинического применения. Но эти недоработки проявлялись уже в операционной у реальных пациентов. В последнее время все больше производителей стали включать в тестирование своих новых устройств работу на патологоанатомическом материале, даже несмотря на то, что экспериментальные модели сосудистого русла на сегодняшний день являются намного более совершенными.

Профессором Н.Л. Володосем и его коллегами, как на начальном этапе, так и в последующем, изучалась особенности анатомии сосудистой системы человека с точки зрения условий и препятствий для выполнения новой процедуры. К примеру, многократно изучалась пригодность различных участков артериального русла для выполнения доступа в него с последующим выполнением всех необходимых манипуляций по дистанционной установке сосудистого эндопротеза. Затем создавались экспериментальные варианты ­транспортной системы, различные конструкции эндо­протеза под различные варианты процедуры, которые опять же тестировались на экспериментальных моделях и патолого­анатомическом материале. И так повторялось по многу раз. Такой подход позволял компенсировать некоторые системные проб­лемы, существовавшие на то время. Одной из них было ограниченное число больных, которым по анатомическим параметрам поражения артериального русла было ­показано эндопротезирование.

В 1980-х годах инструментальная диаг­нос­тика многих сосудистых заболеваний находилась на существенно более низком уровне, чем сегодня. Такие неинвазивные методы, как УЗИ, МРТ, КТ, были не только не распространены, а вообще недоступны. Поэтому и выявление аневризм аорты было довольно редким случаем, особенно до развития их осложнений. Даже в высокоспециализированных профильных лечебных учреждениях частота таких случаев была мала. Когда такой пациент поступал в сосудистое отделение ХЦССХ, необходимо было быть максимально готовым к проведению эндопротезирования в кратчайшие сроки. И отработка различных вариантов процедуры на патологоанатомическом материале существенно помогала в этом.

Для формальной регистрации фиксирующего элемента сосудистого эндопротеза (зигзагообразной цилиндрической пружины) как части устройства необходимо было предоставить как можно больше ее физических параметров. Измерение этих же параметров было важно и для дальнейшего усовершенствования самой пружины. С этой целью с самого начала работы производились разработки как методик, так и приспособлений для подобных измерений. На разных этапах работы для этих целей привлекались такие специалисты, как физики, математики, инженеры из некоторых технических научно-исследовательских институтов, промышленных предприятий г. Харькова. На фото 21 представлены приспособления, которые на разных этапах проекта использовались для измерения радиального усилия фиксирующего элемента. В конечном итоге, наиболее удачным с точки зрения его практического применения оказался аппарат, разработанный А.С. Неонетой и изготовленный во ФТИНТ (Физико-технический институт низких температур).

Другим важным параметром фиксирующего элемента, обеспечивающим безопасность применения эндоваскулярного протеза в клинике, являлась его способность сохранять свои свойства на протяжении очень длительного периода времени после установки в организме человека в условиях постоянных циклических нагрузок. Иными словами, сама пружина должна была, после ее сжатия в транспортной трубке и последующего высвобождения из последней, сохранять радиальное усилие, достаточное для расправления ткани протеза и надежной фиксации ее к стенке аорты. При этом на протяжении многих лет конструкция должна была оставаться целостной. На начальном этапе попыток широкого внедрения различных стент-графтов в клиническую практику устройства, производимые некоторыми компаниями, со временем разрушались, уже находясь в аорте пациента. Это происходило по причине недостаточной прочности фиксирующих элементов либо их ­отрыва от ткани протеза из-за ненадежности крепления. Не один проект, доведенный до этапа клинического применения, был закрыт именно по этой причине.

Еще одной проблемой являлось то, что стенты, изготовленные из стали, были в той или иной степени подвержены остаточной деформации, что характерно для этого типа материала. После заправки в транспортную трубку и последующего высвобождения из нее фиксирующий элемент мог не расправиться до своего первоначального диаметра либо утратить значительную часть своего радиального усилия.

Для того чтобы убедиться в надежности фиксирующего элемента, было разработано и изготовлено приспособление, изображенное на фото 22. Вновь изготовленные стенты помещались в него и под­вергались многодневным циклическим нагрузкам с различной частотой и степенью сжатия. На данном принципе построены многие аппараты, которые по сей день официально используются для опре­деления устойчивости саморасширяющихся стентов к разрушению.

В целях определения величины остаточной деформации фиксирующего элемента пружины, изготовленные из проволоки различного диаметра, с различным числом зиг и их высотой, многократно протягивались через фторопластовые трубки разной длины и диаметра, как отдельно от протеза, так и в составе сосудистого эндопротеза. Радиальные усилия пружин и эндопротезов измерялись до и после каждого протягивания. Данные величины фиксировались, и впоследствии проводился их тщательный анализ с целью определения наиболее под­ходящих параметров пружины. Изготавливались новые пружины с новыми, более совершенными параметрами, после чего они также тестировались по описанной методике.

В 1993 г. в Харьковском центре сердечно-­сосудистой хирургии также была вы­полнена экспериментальная работа с целью определить величину радиального усилия, которое должен развивать фиксирующий элемент для надежной фиксации сосудис­того эндопротеза на стенке аорты и необходимого для стабильного удержания последнего в условиях пульсирующего потока крови.

В мае 1988 г. в журнале Investigative ­Radiology была опубликована статья (Fallone B.G. PhD, Wallace S. MD, Gian­turco  C. MD. Elastic characteristics of the self-expanding metallic stents), где авторы описали зависимость величины радиального усилия, которое развивал саморасправляю­щийся Z-стент (Gian­turco), от степени его сжатия и некоторых других параметров самого стента. Лишь в 1993 г. ксерокопия этой работы была пос­лана профессору Н.Л. Володосю одним из его бывших коллег, в то время уже жившим и работавшим за рубежом. Так как Z-стент Gianturco, по сути, повторял фиксирующий элемент, используемый Н.Л.  Володосем, было принято решение провести аналогичную работу с ним и оценить, как на практике полученные данные могут помочь усовершенствовать собственный фиксирующий элемент. Для этого была создана группа, в которую входили инженеры А.С. Неонета и Ю.Б. Цыбулько, а также научные сотрудники ХЦССХ И.П.  Карпович и С.Н. Володось. Были изготовлены фиксирующие элементы, идентичные по своим параметрам использованным в экспериментах B.G. Fallone и соавторами (толщина проволоки, количество и высота зиг и т.д.). Были полностью повторены измерения по методике, описанной американскими авторами. Результаты измерений были обработаны математиками ФТИНТ с помощью компьютерной программы. С одной стороны, результаты полностью совпали с выводами, сделанными американцами. С другой – ​абсолютные величины радиальных усилий харьковской пружины при полностью идентичных параметрах и условиях измерений не совпадали с теми, которые приводили B.G. Fallone и соавторы. Объяснение последней находки заключалось в том, что в зависимости от процесса изготовления самой проволоки ее пружинные свойства могут широко варьировать, что в конечном итоге также существенно влияет на величину радиального усилия Z-стента. Был сделан вывод, что подобные измерения и выявленные закономерности носят скорее академический характер и для практического применения большой ценности не представляют.

Тем не менее начатые исследования позволили поставить вопрос о том, каким минимальным радиальным усилием должен обладать фиксирующий элемент, для того чтобы обеспечить стабильную фиксацию сосудистого эндопротеза в потоке крови. Для этого той же группой была проведена серия экспериментов по определению силы, которая смещает эндопротез при прохождении через него пульсирующего потока жидкости. А.С. Неонетой была сконструирована первая экспериментальная модель, которая имитировала артериальное русло человека с аневризмой. Пульсирующий поток жидкости обеспечивался АИК. В патологоанатомическом отделении производился забор инфраренального сегмента аорты (20 образцов), которые после обработки (ушивание устьев поясничных артерий для обеспечения герметичности) помещались в экспериментальную модель, и через них пропускался пульсирующий поток жидкости под различным давлением и различного объема в минуту. Многочисленные комбинации фиксирую­щих элементов с различными физическими параметрами и сосудистых протезов различных диаметров были многократно тес­тированы. Результаты описанных экспериментов были представлены в докладе «Неонета  А.С., Володось С.Н., Цыбулько  Ю.Б., Карпович И.П. Экспериментальное обоснование стабильной фиксации самофиксирующегося синтетического эндопротеза в аорте // I научная конференция Ассоциации сердечно-сосудистых хирургов Украины, 3-6 октября 1993 г., г. Киев».

Несмотря на то что с позиции наших сегодняшних знаний в этой области описанные эксперименты имели ряд сущест­венных методологических и других недостатков, на то время они позволили авторам сделать ряд серьезных находок, которые существенно повлияли на дальнейшие разработки эндоваскулярных протезов.

Одной из серьезных проблем, которая на то время ограничивала клиническое применение нового метода во всем мире, было то, что предлагаемые эндоваскулярные системы имели относительно большой диаметр. Соответственно, во многих случаях это лишало хирургов возможности провести их в аорту через периферические артерии. Приходилось делать доступ через подвздошную артерию либо отказываться от использования эндоваскулярной техники у конкретного пациента. Тонкостенные сосудистые протезы находились еще на ранней стадии их разработок. ­Фиксирующие элементы изготавливались из проволоки большого диаметра, что обес­печивало значительное радиальное усилие, но в то же время делало их очень жесткими, из-за чего они имели избыточную остаточную деформацию. Для компенсации всех этих недостатков использовались транспортные трубки избыточного, с точки зрения клинического применения систем, диаметра. А.С. Нео­нета, который фактически был ответственным за изготовление фиксирующих элементов, неоднократно ставил вопрос о том, действительно ли такое большое радиальное усилие необходимо. Именно по его инициативе и с его непосредственным участием были проведены описанные эксперименты по определению уровня необходимого и достаточного радиального усилия фиксирующего элемента. В результате многочисленных и трудоемких экспериментов такая величина была определена. По мнению исследователей, она составляла 0,2 г/мм2 и была ощутимо меньше, чем радиальное усилие используемых на то время фиксирующих элементов. На практике это позволило при изготовлении фиксирующих элементов использовать проволоку меньшего диаметра. Фиксирующие элементы и, соответственно, сосудистые эндопротезы в целом стали значительно эластичнее, появилась возможность заправлять их в доставочные трубки меньшего диаметра. Последующее клиническое применение подтвердило надежность их фиксации в аорте.

Описанная экспериментальная работа оказалась своеобразным рубежом для дальнейшего усовершенствования эндоваскулярных устройств в ХЦССХ. Многие технические специалисты, оказывавшие помощь профессору Н.Л. Володосю в модернизации эндоваскулярных систем, имели академический бэкграунд и глубокие знания в фундаментальных науках. Поскольку новые устройства сами по себе являлись крайне интересным объектом для исследования с точки зрения базовых знаний, коллеги нередко пытались склонить Н.Л. Володося к более глубоким академическим исследованиям процессов, связанных с эндопротезированием аорты (изучение различных гемодинамических аспектов, математическое моделирование и пр.). Некоторые из предлагаемых проектов уже просто не вписывались в структуру ХЦССХ. Для их осуществления необходимо было либо создавать дополнительные научные подразделения, либо переносить их на другую базу. Для Н.Л. Володося, который оставался прежде всего хирургом, основным критерием необходимости любого исследования являлась его целесо­образность с точки зрения практического применения полученных результатов для лечения конкретных пациентов. Отчасти это была вынужденная позиция. Описываемый период характеризовался очень тяжелой общей экономической ситуацией в стране. Многие предприятия, которые ранее безвозмездно помогали коллективу ХЦССХ, либо закрылись, либо были в очень сложном экономическом положении. Финансирование проводимых в ХЦССХ научных исследований также было существенно урезано. Встал вопрос о пересмотре всей программы.

Так как на то время уже был создан очень надежный фиксирующий элемент, значительно расширявший возможности клинического применения сосудистых эндопротезов, было решено временно свернуть экспериментальные работы, необходимые для его дальнейшего усовершенствования, и сосредоточить все силы и ресурсы на разработке и выполнении новых вариантов эндоваскулярных вмешательств. Часть сотрудников научной группы были вынужденно уволены, включая С.Н. Володося и Ю.Б. Цыбулько. Таким образом, описанная работа оказалась первой и последней из проводимых в ХЦССХ серией экспериментов по изу­чению гемодинамических процессов, связанных с эндоваскулярными протезами. Тем не менее с 1998 по 2003 г. С.Н.  Володось продолжил эти работы в сотрудничестве с профессорами Питером Бэллом и Полом Гостэло из Университета г. Лес­тер (Великобритания). Были разработаны новые, значительно более совершенные, экспериментальные модели сосудистого русла и проведены многочисленные эксперименты по изучению различных гемодинамических аспектов, связанных со стент-графтами. Полученные результаты публиковались в таких периодических изданиях, как European Journal of Vascular and Endovascular Surgery, Journal of Endovascular Therapy, «Ангиология и сосудистая хирургия» и др. К сожалению, эти работы уже не имели отношения к ХЦССХ, так как полностью финансировались Университетом г. Лестер. Необходимо заметить, что потенциал упомянутых экспериментальных работ, даже на сегодняшний день, не до конца реализован, а некоторые важные находки до сих пор остаются неописанными.

Позже в ХЦССХ профессором Н.Л. Воло­досем использовались различные модели сегментов аорты, выполненные из стекла или силикона, но только с целью апробаций новых конфигураций разрабатываемых эндоваскулярных протезов (фото 23).

Необходимо учитывать, что развитие и усовершенствование эндоваскулярных устройств идет по пути «проб и ошибок». Причем эти ошибки зачастую проявляются уже на этапе клинического применения устройств. Созданная харьковской группой экспериментальная база позволяет выявлять и предотвращать многие проблемы еще на доклинических этапах. Поэтому она до сих пор остается одной из лучших в мире, что признается и запад­ными специалистами. Кроме того, многие практикующие эндоваскулярные хирурги выражают свое восхищение тем, насколько долговечными оказались результаты лечения у пациентов, перенесших различные виды эндоваскулярного протезирования в Харькове, притом что по общепринятым меркам использовались самодельные устройства, относящиеся к так называемому первому поколению. И хотя основные заслуги в этом, без сомнения, принадлежат профессору Н.Л. Володосю, но нельзя забывать и о напряженной работе и талантах тех людей, которые помогали ему в разработке новых устройств, создавая, в том числе, и столь совершенную экспериментальную базу.

Сотрудничество с ФТИНТ

Во времена СССР было очень развито формальное и неформальное сотрудничество между медицинскими и промышленными структурами, начиная от разовой помощи в решении хозяйственных проблем и заканчивая долгосрочными научно-исследовательскими программами. Формат сотрудничества зависел как от уровня донора, так и от уровня реципиента. Харьков в те времена являлся одним из ведущих промышленных и научных центров СССР, где были сконцентрированы как ­промышленные гиганты, научно-исследовательские организации различных направлений, включая структуры оборонной промышленности, так и медицинские учреждения с очень высоким уровнем научных разработок в различных направлениях медицины плюс клинической практики.

С самого начала практической деятельности Н.Л. Володося ему и его коллегам в той или иной степени оказывали помощь представители многих промышленных, науч­ных и других структур и организаций, не говоря уже о сотрудничестве с меди­цинскими центрами по всему Совет­скому Союзу. Простое перечисление всех тех людей и организаций не даст полного представления об этом. Учитывая естественные ограничения формата статьи, коснемся лишь истории сотрудничества с харьковским Физико-­техническим институтом низких температур Академии наук УССР (ФТИНТ). 

Основатель и руководитель ФТИНТ академик Борис Иеремиевич Веркин (фото 24), 100-летие со дня рождения которого отмечается в этом году, сыграл огромную роль в практической реализации многих медицинских проектов. Это было обусловлено рядом как субъективных, так и объективных факторов и обстоятельств. По мнению людей, непосредственно знавших Бориса Иеремиевича по работе, у него, помимо других талантов, был дар распознавать действительно перс­пективные разработки на самых ранних их стадиях, когда большинству специалистов было вообще не ясно, что из этого может получиться. При этом новые идеи не обязательно должны были быть связанными с его основной профессиональной деятельностью. А так как любой ­по-нас­тоящему новый проект либо идея особо уязвимы на ранних этапах их реализации, то помощь со стороны таких фигур мирового уровня, каковым являлся и академик Б.И. Веркин, зачастую оказывалась одним из решающих факторов в воплощении самого проекта. При этом, начав с кем-либо такое сотрудничество, ни сам Борис Иере­миевич, ни его сотрудники не бросали начатое дело на полпути, а обес­печивали развитие проекта до того состояния, которое необходимо для его самостоятельного функционирования. Поддержка со стороны ФТИНТ подкреплялась мощнейшей академической школой, интеллектуальными ресурсами, производственными и финансовыми ­возможностями и т.д. ­Если использовать современную терминологию, то академик Б.И. Веркин на базе ФТИНТ уже в те годы создал для медиков эффективно работавшую структуру миро­вого уровня, которую сегодня принято называть хабом или технопарком.

Территориально ФТИНТ находится на расстоянии 5-10 минут пешей прогулки от дома, где проживал Николай Леонтьевич. В этом же доме, в соседних домах проживали многие сотрудники ФТИНТ. Их дети учились в той же школе, что и сын Володося. Это также давало дополнительные возможности для продуктивного общения. В 1992 г., когда был образован Харьковский центр сердечно-сосудис­той хирургии, который к тому времени не имел собственного помещения, именно на территории ФТИНТ было выделено несколько помещений для ХЦССХ, в которых находились бухгалтерия, офисные и экспериментальные помещения, хранилась большая часть закупленного для центра дорогостоящего оборудования. Сотрудники ХЦССХ часто после завершения врачебной работы и даже в выходные дни приходили во ФТИНТ для выпол­нения экспериментов, решения других задач. Многие сотрудники ФТИНТ знали об этом, поэтому могли обратиться за врачебным советом к сотрудникам ХЦССХ либо просто поинтересоваться рабочими моментами, связанными с разработками, которые на то время проводились профессором Н.Л. Володосем и его коллегами. Часто обменивались мнениями по различным вопросам, что являлось подспорьем в работе для сотрудников ХЦССХ, так как такими консультантами зачастую оказывались ученые и исследователи с мировым именем в своих отраслях, да и просто профессионалы высочайшего уровня в различных технических направлениях. В результате такого общения были решены многие важные задачи, связанные с разработками новых устройств.

Академик Б.И. Веркин стоял у истоков некоторых современных направлений в медицинской области. К примеру, через некоторое время после окончания аспирантуры у А.А. Шалимова и защиты кандидатской диссертации во ФТИНТ для работы в лабораторию по консервации биологических объектов перешел Б.М. Даценко. Впоследствии, в 1972 г., Борис Иеремиевич совместными усилиями с Николаем Сидоровичем Пушкарем создали в Харькове на базе двух лабораторий (упомянутого подразделения ФТИНТ АН УССР и проблемной научно-исследовательской лаборатории низкотемпературного консервирования костного мозга и крови Харьковского института усовершенствования врачей) Институт проблем криобиологии и криомедицины НАН Украины, который Н.С. Пушкарь возглавлял до 1983 г. С 1983 по 2011 г. директором Института был выдающийся акушер-­гинеколог, академик Валентин Иванович Грищенко. При этом тесное сотрудничество с ФТИНТ сохранялось все эти годы. В реализации некоторых сов­местных проектов принимали участие и сотрудники отделения хирургии сосудов ХНИИОНХ, которое возглавлял Н.Л. Володось. Так, сотрудник Института криобиологии и криомедицины В.Ю.  Смирнов начиная с 1982 г. выполнял научные исследования по использованию криоконсервированной трупной вены и пуповины, обработанной глютаровым альдегидом, в качестве шунтов при выполнении реконструктивных операций на артериях нижних конечностей. С 1986 г. клиническая часть работы осуществлялась на базе и при участии сотрудников отделения хирургии сосудов ХНИИОНХ. В общей сложности было выполнено около 60 реконструктивных операций на артериях нижних конечностей. Тема была закрыта из-за ­принятого в конце 1990-х законодательства, регулирующего забор тканей и органов для трансплантации. Множество различных тем, связанных с трансплантологией, были также закрыты по всей стране.

С ФТИНТ сотрудничал харьковский офтальмолог профессор Владимир Моисеевич Чередниченко и другие врачи и ученые из области медицины, среди которых были и профессионалы с мировым признанием.

Одним из первых серьезных проектов, выполненных сотрудниками ФТИНТ для Н.Л. Володося, было изготовление АИК. Первые операции аорто-коронарного шунтирования (АКШ) Николай Леон­тьевич выполнял с использованием АИК, сконструированного и изготовленного на Харьковском приборостроительном заводе им. Т.Г. Шевченко в начале 1960-х. Аппарат был создан по инициативе и при участии А.А. Шалимова для выполнения им операций на открытом сердце у детей при врожденных пороках. И хотя данный АИК обеспечивал адекватную перфузию и насыщение крови кислородом во время операции, он имел и ряд существенных недостатков, характерных для аппаратов того поколения. АИК собственной разработки использовали кардиохирурги как в Москве, так и в Киеве. Также были сведения о том, что за рубежом уже выпускались АИК следующих поколений, значительно превосходящие имеющиеся тогда в распоряжении отечественных хирургов. Попытки приобрести подобный новый аппарат для ХНИИОНХ оказались безрезультатными. Когда об этой проблеме узнал Б.И. Веркин, он распорядился создать группу из сотрудников ФТИНТ для изготовления нового АИК. Взяв за образец передовой на то время аппарат американской компании ­PEMCO Inc., Cleveland, OH, USA, инженеры ФТИНТ создали чертежи, и там же, на экспериментальном производстве, был изготовлен сам аппарат. В начале 1980-х было начато использование аппарата при выполнении АКШ. Он не уступал по своим параметрам западным аналогам и прослужил без проблем многие годы.

На протяжении долгого времени по запросу профессора Н.Л. Володося во ФТИНТ разрабатывались и изготавливались многочисленные оригинальные инструменты и приборы различной сложности, которые затем использовались в клинике. С самого начала работы по созданию и усовершенствованию метода эндопротезирования сосудов по распоряжению академика Б.И. Веркина была сформирована группа, состоявшая из сотрудников ФТИНТ, единственной целью работы которой была помощь коллективу, возглавляемому Н.Л. Володосем, в разработке нового метода. Ответственным за работу группы был назначен ведущий инженер одного из отделов конструкторского бюро ФТИНТ А.С. Неонета (фото 25).

В отличие от крупных промышленных предприятий ФТИНТ в то время не занимался разработкой и производством серийной продукции, а исходно был организован под решение уникальных задач мирового уровня. Для этого имелись соответствующие структурные подразделения и сотрудники высочайшей квалификации. Для коллектива ФТИНТ было обыденным делом развить любую хорошую идею до ее практического применения – без оглядки на то, делает ли кто-то еще что-либо подобное. Поэтому многие только зарождающиеся идеи в области медицины воспринимались сотрудниками ФТИНТ крайне воодушевленно и находили мощную моральную и практическую поддержку. Многолетнее сотрудничество с ФТИНТ помогло сотрудникам Н.Л.  Володося понять, как можно использовать фундаментальные знания в физике, мате­матике для решения конкретных технических задач. Если подход к работе самого профессора Н.Л. Володося можно было описать в большей степени как «решение проблем по мере их поступления», что во многом было обусловлено его профессией, то сотрудники ФТИНТ при­внесли в реализацию этого проекта четкое планирование, академизм и управление ресурсами. Благодаря этому разработки харьковской группы по сей день во всем мире воспринимаются как в высшей степени инновационные и фундаментальные (фото 26).

Необходимо сказать, что медицина во все времена относилась к наиболее консервативным областям деятельности человека. Очень многие действительно инновационные идеи в медицинской среде встречали не только неприятие, но и активное сопротивление. Технические же структуры живут инновациями, это суть их существования. При отсутствии таковых технические организации погибают гораздо быстрее, чем медицинские учреждения. Так что тот факт, что профессор Н.Л. Володось работал в таком промышленно и научно развитом инновационном городе, каковым на то время являлся Харьков, сыграло определяющую роль в реализации многих его идей. Сотрудничество с ФТИНТ является примером той синергии, которая в конечном результате обеспечивала выполнение медицинских разработок мирового уровня.

Окончание в следующем номере.

Тематичний номер «Хірургія, Ортопедія, Травматологія, Інтенсивна терапія» № 1 (39), 2020 р.

 

СТАТТІ ЗА ТЕМОЮ Хірургія, ортопедія та анестезіологія

14.06.2020 Хірургія, ортопедія та анестезіологія История деятельности и роль профессора Н.Л. Володося в развитии отечественной и мировой сердечно-сосудистой хирургии

В этом году исполнилось 85 лет со дня рождения всемирно известного ученого и хирурга профессора Николая Леонтьевича Володося, работы которого легли в основу нового этапа развития мировой сердечно-сосудистой хирургии. Авторы данной работы, которые проработали с Н.Л. Володосем долгие годы, и на становление которых как профессионалов и личностей он оказал значительное влияние, постарались, насколько это возможно, описать то, кем он являлся на самом деле. Простое перечисление достижений профессора Н.Л. Володося никогда не даст полноценного представления о его личностных качествах, тех чертах характера, которые помогли ему, преодолевая многие трудности, достичь огромных результатов. А именно такие детали и важны для понимания последующими поколениями того, как реально покоряются высочайшие жизненные вершины, вне зависимости от рода деятельности....

13.06.2020 Хірургія, ортопедія та анестезіологія Обзор современных подходов к ведению больных с раневой инфекцией

В статье представлен обзор причин возникновения раневых инфекций, а также рекомендаций по их ведению с применением топических антибиотиков и антисептиков. Ключевые слова: рана, раневая инфекция, инфицированная рана, топические антибиотики, топические антисептики, лечение раневой инфекции, обработка ран....

13.06.2020 Хірургія, ортопедія та анестезіологія Успешное хирургическое лечение гигантской десмоидной опухоли забрюшинного пространства

Десмоидный фиброматоз – ​доброкачественное новообразование, которое отличается агрессивным локальным ростом с возможным достижением опухолью гигантских размеров и значительной частотой рецидивов после хирургического лечения. В статье представлено описание клинического случая хирургического лечения пациента с гигантской десмоидной опухолью, сравнение эффективности различных подходов к лечению этой патологии на основании современных данных медицинской литературы. ...

13.06.2020 Хірургія, ортопедія та анестезіологія Повідон-йод як засіб профілактики інфікування SARS-CoV‑2 медичних працівників та пацієнтів під час інвазивних втручань у ділянці голови, шиї та основи черепа в онкохворих

У статті представлено нову стратегію профілактики внутрішньолікарняної передачі COVID‑19 шляхом зрошення носової та ротової порожнин розчином повідон-йоду як у пацієнтів із підозрою або підтвердженою інфекцією SARS-CoV‑2, так і в медичного персоналу під час проведення маніпуляцій у ділянці голови, шиї та основи черепа, що супроводжуються підвищеним ризиком інфікування. Ключові слова: повідон-йод, коронавірус, SARS-CoV‑2, профілактика, онкологічні захворювання....